Работа пуще учебы: проект о том, как школьнику найти свое дело

Современная школа устаревает, и с каждым годом становится все дальше от реальной жизни. Большинство практических занятий, которые предлагаются российским ученикам – это имитация реальной деятельности, труд, не приносящий результатов. Бизнес, приходящий в школы с просветительскими целями, зачастую «играет» с детьми в предпринимательство. Тогда как школьники, занявшиеся реальным делом, актуализируют свои знания и навыки, выстраивая себе мостик в настоящую жизнь: с конкуренцией, кооперацией, сотрудничеством, конфликтами.


Зачем школьникам работа?

 

Работа дает детям незаменимые навыки – ответственность перед заказчиком, умение общаться, принятие ошибок, поиск новых решений. Это дает первые заработанные деньги – то есть включает в настоящую жизнь. Наши герои нашли призвание еще в школе – создавали суперпопулярные приложения, выполняли сложные инженерные заказы и запускали платформу для заработка подростков. Мы расскажем вдохновляющие истории о школьниках, нашедших работу или занявшихся бизнесом, с прикладной точки зрения. Когда реальная занятость становится дополнением учебы: помогает подросткам с профориентацией, поиском своего призвания, наработкой действительно полезных навыков и связей. Когда работа вытесняет школу: дети отказываются от учебы в старших классах, предпочитая свой бизнес.

Цель проекта – создать профориентационный навигатор, чтобы показать школьникам пути реализации себя в настоящей деятельности, а школам – возможность и плюсы интеграции реальной практики в учебный план.


Приключения электроников

 

Принято считать, что школьники мало способны к высокотехнологичной работе. На деле их продуктивность может быть на уровне взрослых и даже выше. Примером тому является сотрудничество компании Novardis (одна из самых крупных команд консультантов SAP for Retail в Европе) и школьников из физико-математического лицея №30 в Санкт-Петербурге. Пять лет назад в Робототехнический инженерный центр лицея с предложением изготовить макет «умного магазина» для выставки обратились представители Novardis. За работу взялись два школьника под руководством студента (последний отвечал за программирование SAP, лицеисты им тогда не владели).

Евгений Курильщиков, тогда директор центра поддержки Novardis, курировавший проект, говорит, что идея поручить работу школьникам исходила от главы компании: «Он хорошо знал директора лицея и был уверен, что в кружке робототехники – крутые ребята, поэтому надо попробовать сделать проект с ними. Тогда IoT (интернет вещей – система, в которой объекты бизнес-процесса коммуницируют друг с другом, а данные выгружаются в единую сеть) только набирал популярность, и в магазинах напрашивалось его применение».

Задача от Novardis была не из легких. Объекты на макете двигались, и в систему SAP должны были передаваться производственные данные от «магазина»: количество покупателей и продуктов на полках, информация, открыт ли холодильник, не разлились ли напитки, есть ли необходимость открыть еще одну кассу. «Для учеников выполнение этого заказа было аналогом стажировки: компания предоставила куратора, который помогал со сложными вопросами и покупкой деталей», – рассказывает ведущая робототехнического кружка Екатерина Лузина. Мета-целью «стажировки» был анализ рынка: где школьнику можно применять знания по робототехнике и в перспективе работать? В отличие от IT-бизнеса, сфера робототехники не так открыта для практики школьников.

«Мы почти не вылезали из лаборатории, но сделали макет за две недели», – вспоминает Александр Алдошкин, один из разработчиков проекта, на тот момент ученик 9 класса. Он считает, что Novardis обратилась к лицеистам еще и из экономии. Участникам команды заплатили по 15 000 рублей, еще 20 000 ушло на материалы, а взрослая компания могла запросить и 2 млн рублей.

Novardis в итоге была так довольна работой лицеистов, что спустя полгода заказала школьникам еще два подобных макета для своих офисов. В этот же год Александр с товарищем сделали для благотворительной организации домик для пожертвований, который говорил: «Спасибо». И хотя проект из-за внутренних разногласий в организации не утвердили, школьники узнали много нового про инженерное дело.

О школьниках, работающих на взрослом уровне, стал узнавать региональный бизнес. В конце 11 класса команде поступил серьезный заказ – от «Филип Моррис Ижора» это российское представительство Philip Morris International, крупнейшего в мире производителя сигарет и iqos. Компании нужно было разработать постамат для выдачи оборудования (клавиатур, зарядных устройств, ноутбуков). Несколько подрядчиков, к которым обращалась компания, отказались из-за сложности задачи. Но один из сотрудников «Филип Моррис», раньше работавший в Novardis, вспомнил про толковых школьников.

Над постаматом ребята работали полтора года, и у них в итоге получилось. «Этот проект – сложное сочетание инжиниринга и программирования, поэтому никто кроме нас за него не брался. Чистого времени он занял три месяца, но дело замедлилось из-за сдачи ЕГЭ, поступления в ВУЗ и долгих согласований», – говорит Александр Алдошкин. Сейчас ему 20 лет, у него своя компания Veni, которая выполняет инженерные заказы – макеты, интерактивные стенды, оборудование для «умного дома». Также он преподает в робототехническом центре лицея №30 проектную микроэлектронику. «Безусловно, контракт с «Филип Моррис» был очень важен для старта, и я продолжаю с ними сотрудничать по постаматам» – отмечает Александр.

Школьный «Пегас»

В марте 2021 года пять учеников 10-11 классов университетской гимназии МГУ закончили совместный двухлетний проект с компанией Pony Express. Проект инициировала гимназия, для Pony Express он стал первым опытом сотрудничества со школьниками. Компания характеризует формат как бесплатное обучение с элементами практики. Мастер-классы проводили ведущие сотрудники компании, они с нуля обучали школьников языку программирования Python и логистике.

После того, как у старшеклассников появился необходимый объем знаний, они приступили к решению практических кейсов. Нужно было автоматизировать ручной труд тестировщиков, которые проверяли работу основных функций внутренней системы «Пегас». В итоге школьники сделали программных роботов, которые теперь внедрены в ежедневные проверки компании. Роботы в режиме реального времени отслеживают наличие штрафов транспорта автопарка, используя сайт ГИБДД и внутренние системы данных. Также были созданы роботы для трекинга статуса доставки посылки сторонней компанией, роботы-тестировщики для ERP-системы «Пегас» и публичной Web-API компании.


IT-энтузиасты

 

«В моей школе начали изучать программирование в 9 классе с каких-то основ, на уроках одноклассники переставляли таблички в Excel. А у меня к этому времени уже были свои приложения в App Store» – говорил разработчик Кирилл Аверьянов в программе «Русские норм» в мае 2021.

Сам Кирилл начал программировать в 11 лет, к 8 классу писал приложения для iOS, а также вовсю участвовал в хакатонах, где познакомился с представителями «ВКонтакте». Ему дали тестовое задание — сделать раздел для приложения VK Admin. Аверьянов неделю не спал и пропускал школу, но выполнил задачу.

Так в возрасте 16 лет в 2017 году он стал сотрудником «ВКонтакте», а его разработка вошла в финальную версию приложения. «Компания не смотрела на мой возраст, только на навыки. В 9 классе я зарабатывал примерно 50 000 рублей в месяц. Не возникало вопроса, что мне можно платить меньше, потому что я школьник» – рассказывал он.

За время работы он сделал онлайн-викторину «Клевер», ставшую одним из самых популярных приложений 2018 года, его скачали более 6 млн пользователей. В 2018 году Forbes включил Аверьянова в рейтинг «30 до 30». В 2019 году разработчик ушел из «ВКонтакте», чтобы заниматься собственными проектами. Сейчас он развивает в Силиконовой долине свой стартап Lalabox – мобильное приложение для стриминга во время шоппинга.

Команду разаботчиков «Клевер» возглавлял еще один юный программист«ВКонтакте» – 16-летний Сева Жидков из удмуртского Воткинска. Код он начал писать в 9 лет, в 14 уже выполнял заказы на программирование, например, на создание чат-ботов. Во «ВКонтакте» парень попал в 16 лет в 2017 году, увидев объявление о вакансии старшего backend-разработчика, и после успешного выполнения техзадания получил работу. Он рассказывал, что на тот момент не был сильным специалистом, но его преимуществом по сравнению с более опытными кандидатами была активность и готовность развиваться. «Мой пример показывает, что школьники из российских регионов могут попасть на работу в крутую IT-компанию» – убежден программист. Всем, кто уже в школе пробует себя в качестве разработчика, он советует участвовать в хакатонах, которые открывают доступ и к людям, и к новым знаниям. В 2019 году Сева Жидков уволился из «ВКонтакте», присоединился к Кириллу Аверьянову в качестве сооснователя стартапа Matt.fun, затем ставшего Lalabox, и позже тоже переехал в Лос-Анджелес. К тому времени он, как и Аверьянов, давно бросил школу: окончив 9 классов в Воткинске, в старшие классы он учиться не пошел. В 2020 году Forbes включил программиста в номинанты рейтинга «30 до 30» в категорию «Наука и технологии».

НОВОЕ

NEW

Фото: Александр Алдошкин (на первом фото слева) и его команда, постаматы для «Филип Моррис»

 

Аверьянов и Жидков – не единственные случаи раннего старта в IT-сфере. Один из технических директоров компании Boxglass (российская фирма, развивающая AR/VR технологии и аккредитованная Google) попал туда в возрасте 17 лет. На Дне открытых дверей к сотрудникам компании подошел молодой человек и рассказал, что самостоятельно изучал игровой движок Unity и сможет написать код. На тот момент он учился в колледже, куда поступил по настоянию родителей, реально же ему хотелось работать с решениями по дополненной и виртуальной реальности.

После интервью с HR-специалистом кандидата взяли в команду. «За пять лет работы у нас парень вырос из обычного программиста до тимлида» (руководителя команды разработчиков), – говорит сооснователь Boxglass Игорь Мельников. После того опыта компания начала работать с подростками: в сфере разработок виртуальной реальности кадровый голод, этой специальности не учат в ВУЗах, объясняет Мельников. Первым опытом сотрудничества с подростками был IT-лагерь INNOCAMP. Теперь Boxglass периодически выступает перед школьниками и рассказывает про VR-технологии, чтобы вырастить потенциальных сотрудников.

«Мы объясняем детям, что инновационные вещи можно делать в любой точке мира. Что их увлечения можно применять в работе – если ребенок рисует, то может быть дизайнером, если занимается музыкой – то саунд-дизайнером приложений. Что программисту для создания игр нужны физика и математика. Пусть даже всего одного человека из класса захватит тема VR, это уже хорошо», – размышляет эксперт.


Хедхантер для подростков

 

Большинству школьников без внешней протекции или проводника закрыт доступ к квалифицированному труду. Рынок подработки, на которую могут рассчитывать подростки, довольно узок, не всегда безопасен и редко связан с умственным трудом. Обычно выбирать приходится из вариантов: курьеры, расклейщики объявлений, раздатчики флаеров.

Для решения проблемы ранней занятости была создана платформа OpenMind, запущенная недавней школьницей Марией Фроловой. Сейчас ей 18 лет, а задумала этот проект она три года назад. Изначально OpenMind был онлайн-курсами для школьников, но сейчас превратился в платформу с двумя основными блоками. Первый блок – это обучение подростков цифровым навыкам (SMM, дизайн, контент и IT), где занятия проводят молодые профессионалы с опытом работы. Эти курсы покупают как родители, так и компании для детей сотрудников. Фроловой (она развивает стартап с партнером) уже удалось подписать несколько договоров с крупными заказчиками, в числе которых «Билайн» и HeadHunter. Второй блок OpenMind представляет собой маркетплейс, где подростки, прошедшие обучение, получают заказы на подработку в освоенных ими сферах занятости.

Целевое обучение помогает победить недоверие, которое есть у корпораций по отношению к подросткам, а возможность применить полученные знания на практике формирует у детей раннюю лояльность бренду, нанявшему их, рассказывала Мария Фролова во время питча на дне инвестора в Сколково.

Сейчас в OpenMind около 500 школьников, а платформа выполняет по 4-5 заказов в день. Как работает OpenMind? Работодатель оставляет заявку, платформа за час находит ему исполнителя. Подростков не надо подгонять, они сами мотивированы выполнить работу как можно лучше и скорее, – считает Мария Фролова. «И более того, у них есть срочная задача – купить толстовку, которая есть уже у всех одноклассников , а родители не дают денег».

Средняя стоимость одной выполненной задачи — 3000 рублей. С 14 лет школьники могут оформиться как самозанятые, а до этого получать деньги на карту родителей. Выручка платформы за первые два месяца 2021 года составила 1,8 млн. рублей. Молодой стартапер собирается масштабировать проект и уехать в США.

 


Зачем школьникам вообще работать?

 

«Был бы рад сказать, что ранняя работа научила меня, например, распределению времени. Хотя на самом деле, главное, чему ты учишься – это ежесекундно принимать поражения, но не смиряться с ними. Когда на дворе ночь, 50 датчиков на устройстве не работают, а вариант – «не получилось», не принимается. Еще ты учишься искать ошибки там, где их не ждал», – признается Александр Алдошкин.

Мария Фролова, основав стартап, стала вести переговоры и выступать на бизнес-сессиях в компании опытных предпринимателей. Возраст, скорее, служил школьнице на руку. Например, в поиске корпоративных клиентов она нашла HR-директоров из рейтинга лучших, связалась с ними через Facebook и провела питчи по звонку. И только потом узнала, что «по-взрослому» надо было написать на корпоративную почту и неделями ждать ответа.

Базовые предпринимательские навыки необходимы даже тем детям, которые не собираются запускать стартапы, уверен инвестиционный директор Центра содействия инновациям в обществе «СОЛь», автор книги «Твой первый бизнес» и ведущий бизнес-курса «Настоящий проект» в школе «Класс-центр» Андрей Андрусов. Мир быстро меняется, старые подходы к заработку больше не действуют. «В скором будущем человечество столкнётся с проблемой выживания, поэтому такие навыки, как умение обнаружить спрос и удовлетворить его, найти инструменты и ресурсы, собрать команду – нужны всем. В пандемию выиграли те бизнесы, которые смогли переобуться в прыжке» – рассуждает Андрусов.

Заведующей лабораторией Science школы «Летово» Павел Котин видит два ключевых момента профориентации со школьной скамьи. Во-первых, ученик определяет для себя сферу деятельности – вплоть до конкретного направления. Во-вторых, он понимает, что именно он может делать в команде – управление, коммуникации, творчество, работа руками. Так, Кирилл Аверьянов рассказывал, что к моменту запуска стартапов осознал, что он – не самый сильный разработчик, и ему интереснее общение с инвесторами и ведение переговоров. Кстати, чтобы найти первого инвестора, ему пришлось провести 40 питчей.

Ранняя занятость школьников учит их социально-правовым отношениям – дисциплине, умению договариваться, действовать в команде, заключать контракты, резюмирует директор ГБОУ школы № 1679 (Москва) Павел Северинец. Работа повышает престиж среди одноклассников, дети получают первые деньги, ценность которых до этого часто не понимают. «Школа – искусственная реальность, а тут ученик сразу попадает в реальную жизнь» – уверен спикер.

Павел Северинец: как школа может способствовать ранней занятости

Кооперация с бизнесом – «стучаться» в компании, которые готовы давать заказы школьникам на аутсорс. «Школам надо перестать бояться внешнего мира. Фундаментальное образование остается, но мягкие навыки формируются у детей только благодаря работе».

Сотрудничать с колледжами, обладающими обширной материально-технической базой для профориентации на уровне предприятий.

Сообщать о возможностях подработки на лето. Например, при правительстве Москвы есть Центр молодежной занятости, который помогает школьникам устроиться на работу во время каникул.

Поддерживать детские инициативы. Однажды ученики школы, которой руководил Северинец, сделали стартап по продаже футболок с наклейками. Дети увлеклись, запустили учебу, но школа не препятствовала бизнесу. «Если ребенок работает, он мотивирован и найдет себе место в будущем, – объясняет Северинец. – Таким ребятам можно предложить учебу дистанционно по индивидуальному плану, как олимпиадникам».


Терпение и труд: как учеба соотносится с занятостью

 

Мария Фролова из Openmind закончила физмат школу с золотой медалью, но два последних класса редко ходила на занятия, договорившись с учителями об участии в олимпиадах и конференциях. После школы героиня пошла не в ВУЗ, а по индивидуальной траектории обучения – собрала набор образовательных программ под себя («Стартап Академия Сколково» и британская School of Education).

В аттестате Александра Алдошкина «5» стояло только по физкультуре, а остальные были тройки. С 8 по 11 класс он практически не делал домашние задания, за что получал единицы, при этом контрольную мог написать на «4». «Требования в физмат лицее высокие. Меня абсолютно устраивал средний балл 2,5. Учителя говорили, что я не прав, а я – что это только оценка. В 9 классе я понял, что меня интересует инженерное дело, поэтому все время после уроков, с 16 часов и допоздна, проводил в лаборатории робототехники», – говорит он.

«Уверена, что не всем ученикам нужно в существующем объёме ГИА изучать, например, физику и химию, – рассуждает экс-руководитель организационно-инфраструктурного направления «Умной школы» Елена Гусева. По ее мнению, делая упор на академические знания, государственные школы не научают детей самостоятельно поддерживать свою жизнь, хотя часы для этого и в младшей, и в средней школе найти можно. «Просчитать и соблюсти бюджет, выбрать полезные для своего здоровья продукты, приготовить еду, зашить дыру на одежде, постирать и погладить ее, не испортив, а еще – выполнить минимальные ремонтные работы в доме», – перечисляет она. И всех необходимо подготовить к ответственному выбору профессии, поэтому, если школьники хотят подрабатывать, им надо дать такую возможность, считает Гусева.

После школы Алдошкин поступил в Политехнический университет изучать радиотехнику, но ушел с первого курса. «В ВУЗе много учат тому, что не нужно. Когда сталкиваешься с реальными рабочими заданиями, эти знания не помогают, приходится заново переучиваться. Математика и физика для работы мне нужны только прикладные», – объясняет Александр.

Директор Martela Елена Аралова считает, что в современном мире для того, чтобы запустить свое дело, не нужно быть «профессором», любой школьник может быть прибыльным и успешным. При этом в школах не учат ни предпринимательству, ни нужным мягким навыкам – лидерству, коммуникациям. Система обучения действительно нацелена на выпуск ученых, а не бизнесменов, согласна председатель методического объединения естественных наук физмат лицея №30 Екатерина Лузина. Однако детям важно получать в школе фундаментальные знания, уверена она. «Прежде, чем создавать то, что можно продать, школьникам хорошо бы научиться делать то, чем люди захотят пользоваться хотя бы бесплатно. Чтобы устройство работало и провода из него не торчали», – замечает эксперт.

Если детям не давать взрослые вызовы в школе, они будут искать их на стороне, и, возможно, не там, где нужно, считает основатель центра образовательного консалтинга i3.school Вадим Полюга. «Чем раньше у подростка происходит погружение в отрасль, тем быстрее у него появятся осознание, насколько такая работа ему органична, – говорит он. – И ответ «не подходит» лучше получить раньше – подросток «вылупляется», всеми силами ищет себе адекватную социальную роль».

Что в итоге?

Школы не расположены к взаимодействию с внешним миром, и выступают, скорее, тормозом развития предпринимательских инициатив учеников. Все чаще это приводит к тому, что талантливые дети бросают учебу, либо занимаются ей по остаточному принципу, погрузившись в рабочую занятость. Это только подстегивает процесс десакрализация школы и ее устаревания, не соответствия внешним вызовам. Дети нуждаются в актуальных навыках: умениях обнаружить спрос и удовлетворить его, найти инструменты и ресурсы, собрать команду, договориться об отвественности каждого участника и действовать сообща. На креативность и коллаборации школьников должна подталкивать сама среда школы, наполненная инструментарием для этого и открытая к диалогу с внешними экспертами. Способствуя ранней занятости – кооперируясь с бизнесом, сотрудничая с колледжами, поддерживая детские инициативы, – школа будет получать мотивированных учеников, понимающих, какие академические знания им нужны и зачем.

 

Для улучшения работы сайта и его взаимодействия с пользователями мы используем файлы cookie
Понятно