Как русские дизайнеры проектировали самый крупный детский клуб в Монако - EdDesign

Как русские дизайнеры проектировали самый крупный детский клуб в Монако

 

О бюро CheburDesign и его руководителях Елене и Кирилле Чебурашкиных будущие заказчики, владельцы детского клуба в Монако с российскими корнями, узнали из прессы. Статью об архитекторах они прочитали во время полета, заинтересовались их работой и, приземлившись, связались с бюро. Так у CheburDesign появился заказ на создание зоны Монтессори для частного детского клуба Munchkins на берегу Средиземного моря. 

О такой зоне давно мечтала сотрудница клуба – методист-лицензированный педагог этой системы. Владельцы сняли помещение под эти цели, присоединив его к существующему клубу. Чебурашкины реализовали проект в 2020 году, Монтессори-зону успешно запустили, однако спустя год детскому клубу пришлось переезжать. Теперь Munchkins нужно было спроектировать с нуля и на новом месте. 

 

“Монако – маленькое государство, территориально они расширяются только за счет того, что насыпают острова в море. Здание, в котором размещался детский клуб, шло под снос: через это место должна была проходить дорога на новый остров”, – рассказывает Кирилл Чебурашкин. 


Стройка онлайн

 

Заказчики нашли здание в центре (470 квадратных метров), на бульваре Мулен (Boulevard des Moulins) в исторической части города. Раньше в нем был мебельный магазин. Помещение с одной стороны находится на первом этаже, с другой – на пятом, потому что местность имеет большие перепады по высотам. Внутри помещения разная высотность не ощущается, однако с той стороны, где оно выходит на пятый этаж, сделана высокая искусственная изгородь, чтобы обезопасить детей от падения. 

“Мы приехали на замеры зимой 2020-2021 года, это уже был карантин, никто не летал. Ехали окольными путями с разрешениями на все работы, – рассказывает Елена Чебурашкина. – Замерили, отфотографировали и уехали. Всю стройку вели онлайн, по видеосвязи, по телефону. Мы в Москве – строители-итальянцы в Монако. Какие-то сложности были, конечно, потому что не все получалось заметить через экран. В следующий раз приехали только летом на монтаж, тоже был карантин, и опять пришлось добираться “кривыми” путями”. 

границы и эмоциональный дизайн: обзор новых проектов детских садов

К чему такие препятствия и не проще ли было найти архитекторов на месте стройки? “Если бы я открывал клуб в Монако в ковидные времена, я тоже попытался бы привлечь россиян, – комментирует Кирилл Чебурашкин. – Так было дешевле и быстрее. Заказчики выбрали нас не только по каким-то патриотическим или личным соображениями, сколько исходя из большого жизненного опыта. Они там давно живут, много чего строили – знают, что в Европе бюрократически все регламентировано. Наверное, сразу поняли, что так будет проще, тем более, в карантин”.    

Монтировали клуб на новом месте 24 дня – при температуре плюс 35, в условиях жесточайшего масочного режима и постоянных проверок его соблюдения, продолжает Елена. “Рабочие были голые по пояс, но в масках”, – вспоминает она. 

НОВОЕ

В Munchkins есть две интерактивные зоны. У одной стены из ковролина, на которые можно клеить на липучках разные войлочные игрушки. Там же деревянный конструктор с большими блоками – из них дети могут строить дома по несколько дней подряд. Во второй зоне на стене пайеточная ткань, меняющая цвет, когда проводишь по ней пальцем, – стена, на которой можно рисовать. И заказчикам выгодно: стена для рисования без привычных расходников – маркеров или мела. 

В сенсорной комнате ребенок познает мир через осязание – там он может потрогать траву, металл, мех и многие другие поверхности. Чебурашкины придумали ноу-хау: развесили по комнате перчатки с разной крупой и бобами. Не были уверены, что изобретение будет долговечным. Но уже несколько лет оно исправно служит и пользуется спросом. Там же висят мягкие валики в три ряда.

“Эту задумку мы реализовали со студенткой Строгановки Анной Безруковой, это была ее курсовая работа, – рассказывает Кирилл. – Когда ребенок протискивается через валики, возникает эффект объятий. Механическое сдавливание позволяет быстро и безболезненно успокоить детей. Получается такая “заманушка”: дети сами туда идут, а выходят успокоившимися”


Европейская бюрократия или как согласовать вывеску с принцем

 

Единственное, что меняли на фасаде здания – это вывеска. Но поскольку строение находится в исторической части города, ее пришлось согласовывать с мэрией и принцем Монако. Все это делалось силами заказчика и архитекторов не касалось, отмечает Кирилл Чебурашкин. “Бюрократия в Европе не меньше, чем у нас, просто устроена по-другому”, – говорит он.

По требованию арендодателя и заказчика на проект был нанят специальный посредник – архитектор, который выполнял роль аудитора. Это нормальная практика – отслеживать все косяки по время строительства, а не после сдачи, комментирует Кирилл.

 

Аудитор оценивал проектировочные решения перед тем, как подать их на согласование в госорганы. Например, в соответствии с местными требованиями, на внутренней стороне каждой двери нужно было сделать специальные резиновые муфты, чтобы избежать риска защемления пальцев детям, рассказывает Елена Чебурашкина. Без таких муфт детский центр открыть не дадут. 

 

Повышенное внимание уделяли звуко- и шумоизоляции: здание, в котором расположился клуб, жилое. По этим параметрам помещение сделали как звукозаписывающую студию – использовали немецкое покрытие noraplan самой высокой степени изоляции. Но, по словам Елены, когда клуб открылся, соседи все равно были недовольны: “Их можно понять. Дети – это всегда шумно. Но поскольку у нас все соответствует нормам, ничего поделать они не могли”. 


Как выдержать конкуренцию бутикам

 

На бульваре Мулен, где находится клуб, масса галерей и бутиков с мировыми брендами, которые много внимания уделяют витринам. Munchkins, у которого после переезда появился отдельный вход с улицы, нужно было соответствовать, чтобы привлекать внимание. 

“У заказчика изначально была идея, что витрины должны быть забойные – это было одним из условий, – рассказывает Елена. – Мы оформляли их с коллегой Лилией Макаровой. Выделили для витрин много места – отрезали 80 сантиметров от полезной площади спортивного зала”. По сути, интерактивные витрины – это отдельные помещения, куда заходит только персонал, чтобы заменить декорации. В витринах происходит целое действо с участием маскотов клуба – гномов, они едут велосипеде, летят на дирижабле и так далее. У гномов восемь смен нарядов – на разные праздники. И есть набор ног в разных штанах: тех, кто едет на велосипеде, переодеть невозможно, поэтому к каждому празднику им пристегивают новые ноги.

Для этих целей архитекторы придумали специальную табуреточку – чтобы сотрудникам клуба было удобнее управляться с гномами. “В целом, такие витрины – решение нестандартное, но вполне оправданное”, – считает Елена Чебурашкина. “На приемку приезжал министр обороны Монако, – рассказывает Кирилл. – У них свои ритуалы. Munchkins на прошлом месте посещали дети принца, поэтому и к новому объекту внимание было повышенное”. 

 


Как работать с ограниченным пространством

 

Новое пространство клуба оказалось меньше по площади и по высоте потолков, чем прежнее. При этом заказчикам было важно перенести туда спроектированную под предыдущий клуб зону Монтессори. Имплантировать решения из прежнего помещения в новый интерьер, по словам Елены, “было страшно”. Работа потребовала оптимизации всех маршрутов и чёткого зонирования, говорит Кирилл Чебурашкин: “мы считаем, что это вообще конёк нашей компании”. 

У ресепшн в клубе организовали парковку для колясок. При входе стоит изобретение Чебурашкиных – фоторобот, его привезли из прошлого клуба. В этой же зоне реализовали задумку заказчиков – интерактивный чувствительный пол. На него проецируется полсотни игр, и, пока родители заняты на ресепшн, дети не маются, а могут играть в развивающие, образовательные игры или просто веселиться. 


Как разместить в одном клубе грудничков и тинэйджеров

 

Munchkins – не классический детский сад, а детский клуб. Его главная задача – организовать досуг, а не дошкольное образование. Попасть туда могут только дети, у которых есть членская карта. Абонемент покупается на год. Посетители меняются в зависимости от сезона: например, летом могут приходить те, кто приехал на Лазурный берег отдохнуть. 

В новом помещении была задача объединить много зон для детей разных возрастов: в клуб может прийти и трехлетка, и семилетка, и ползающий малыш. “При проектировании помещений нужно было учесть разницу в росте детей и ментальные различия, – говорит Кирилл Чебурашкин. – Чтобы каждый получил доступ к тому, что для него предназначено и что ему интересно”. Общее пространство у детей всех возрастов одно – большая игровая.

 

Когда мы делаем игровые зоны, мы всегда стремимся, чтобы у ребенка было несколько круговых маршрутов. В Munchkins в такой зоне тройная горка - центральная, где ребенок может лазать по канатам, например, две боковые горки, внизу бассейн с шариками, подо всем этим домик, куда можно залезть, а оттуда попасть в боковые вертикальные лабиринты и по ним забраться наверх. Остальные зоны используются для занятий по расписанию.
Елена Чебурашкина, дизайнер бюро CheburDesign
Елена Чебурашкина

 

Малышей до трех лет допускают в игровую и в зону Монтессори. “В России все знают Монтессори - это одна из программ продуктивного образования, где ребенок имеет возможность взаимодействовать со средой, менять ее и закреплять теоретические знания через опыт. У нас зона Монтессори изолирована, хотя это необязательно должно быть так. Мы ее отделили, чтобы малышей развести со старшими детьми, - рассказывает Кирилл. - Для коммерческого заведения это конкурентное преимущество. Владельцы заявляют: у нас есть зона Монтессори и лицензированный педагог”.

В зоне Монтессори, перенесенной из прошлого помещения, столы, доска, стеллажи для методических материалов, карта мира, много интерактивных панелей - их заказывали в Санкт-Петербурге. Здесь же разработка Чебурашкиных - большая игра Мемори, в которую играют не на столах, как обычно, а на стене. 

детский сад на бывшей фабрике по производству маргарина: видео

В клубе есть спортивный зал, он же зал для театра и танцев со скалодромом, зеркальной стеной и станком, большой подсобкой для инвентаря. На основные активности - cooking-класс, театральные занятия и занятия искусством в арт-классе - приходят дети постарше, от четырех-пяти до семи-восьми лет. В cooking-классе поместили большой стол-пончик, чтобы педагог мог, стоя в центре, подойти к любому ребенку и помочь в готовке. 

Самым старшим подходит teen-зона с интерактивными панелями, аэрохоккеем и Greenlab - там дети знакомятся с окружающим миром, изучают землю, камни, выращивают растения в кашпо. 

Архитекторы объединили пространство образом трассы Формулы 1. Она проходит от зоны ресепшен к кафе для родителей, cooking-классу и игровой, далее ― в арт-класс и зону для тинейджеров и так до зоны Монтессори, играя и навигационную роль. Трасса ведет ребенка: он всегда понимает, куда идти, и знает, что дальше точно есть что-то интересное, а не тупик или комната персонала. Цвет дороги необычный - желтый. Елена Чебурашкина поясняет, что он перекликается с дорогой из желтого кирпича из “Волшебной страны Оз”: “От “шашечек” мы отказались - пол и так довольно пестрый, плюс дети часто в яркой одежде”. 

 


Зона для взрослых

 

По условиям клуба, родители или няни, приводящие детей, должны оставаться там. Одной из задач проектировщиков было предусмотреть зону, в которой они могли бы с пользой провести время ожидания: по оценке Елены, дети проводят в клубе по три-пять часов. CheburDesign разместили в клубе кафе с wifi, где взрослые могут поработать и отдохнуть. Кафе расположили так, чтобы из него было видно cooking-класс и игровую зону для самых маленьких. На большой телевизор выводят трансляцию с камер видеонаблюдения, установленных в разных помещениях, чтобы опекуны могли присматривать за детьми удаленно. 

В клубе есть красивая большая терраса, на которую можно выйти из кафе и из игровой. Она находится на пятом этаже, огорожена от улицы искусственной зеленой изгородью. Терраса выложена плиткой из переработанной резины, которую используют на детских площадках - ее привезли из России. 

“Поскольку здание историческое, мы не имели права ничего делать с той плиткой, которая там была, поэтому мы приклеили прорезиненную плитку поверх, она крепко держится на клее. Но если клубу нужно будет съехать, ее можно будет снять и вернуть историческую плитку к первоначальному состоянию”, - рассказывает Елена. 

 


Откуда мебель

 

Горку, игровой комплекс, бассейн с шариками, плетеные сетки в клуб привезли из Китая - через в Россию (напрямую производитель не доставлял). Много предметов переехало из старого клуба - стойка ресепшн, корпусные шкафы, интерьер комнаты для персонала. В самом Монако покупали мало: только пуфы в зонах ожидания, стулья в кафе. 

В новый клуб Чебурашкины привезли еще одно свое изобретение, эгг-мобили - парты на колесах, похожие на яйцо. Проектировщики ставили перед собой задачу обеспечить плавный переход от игры к учебе (“вроде ты еще на машинке катаешься, но уже и за партой сидишь”). Эгг-мобиль Чебурашкины изобрели, когда проектировали свой первый детский сад в 2015 году в Москве. “Такая парта помогает ребенку почувствовать, что у него есть личное пространство: за счет боковых дуг у ребенка появляется ощущение, что он ото всех немного отделен, - рассказывает Елена. - В эгг-мобиле можно быть принцессой - повесить сверху корону, а можно - вертолетом или полицейской машиной”.

Июнь 2022

 

 

 

 

Для улучшения работы сайта и его взаимодействия с пользователями мы используем файлы cookie
Понятно