Пять советов, как создать авторскую школу и остаться в памяти потомков

Алексей Семёнычев (автор книг по методикам семейного образования, психолог, основатель проекта «Альтернативное образование в России») рассказывает о самых примечательных примерах авторских школ, об их создателях и о том, какой вклад каждый из них внес в науку воспитания людей. Педагогика Монтессори, Штейнера, система Мая и Нилла, — почему идеи именно этих людей сумели стать основой для современных образовательных систем? И что нужно, чтобы построить по-настоящему авторскую школу? Быть Автором, отвечает Алексей Семёнычев.


Авторская школа — это звучит громко, авторитетно и красиво. Школа Автора, школа Мастера. Это почётное неформальное звание присуждалось многим школам, но как немного имён осталось в истории.

 

  • Карл Май
  • Мария Монтессори и Рудольф Штейнер
  • Януш Корчак и Антон Макаренко
  • Александр Сазерленд Нилл
  • Александр Тубельский
  • Как создать авторскую школу

 

Впервые понятие «авторская школа» появляется в конце 1980-х, когда тогда ещё советское Министерство образования пытается реформировать школу. Реформы 1990-х принесут в педагогику списки ярких имён, и часть из них будет связано с «авторскими школами».

В статье я хотел определить, что же делает школу авторской, что заставляет нас раз за разом возвращаться к этой теме в поисках вдохновения. Только ли в 1980-х появлялись школы с яркими основателями и новаторскими подходами — или раньше? Что мы можем назвать «авторской школой»? Как она меняется, как может выглядеть сейчас? Почему одни имена остаются в истории, а другие прочно и иногда несправедливо забывают?

Я понимаю, что тема обширна и требует особого внимания, а то и книги. Сейчас же обратимся только к тем Авторам, которые хорошо изучены. Однако начнём как раз с учителя, который мало известен в широких кругах, хотя в честь его школы есть вполне достойный музей в Петербурге.

Начнём мы с того, что погрузимся в XIX век, в его середину, во время правления Николая I и Александра II. Реакция, цензура, крепостничество, проигранная война, новый царь, вдалеке мечты о Великих Реформах. 

 

В это время на Васильевском острове появляется совсем маленькая школа, которую открывают для своих детей местные немцы. Во главе школы ставят Карла Мая — человека очень спокойного и тихого, скромного преподавателя географии Лесного и межевого института, который создаст одну из самых ярких и знаменитых школ Санкт-Петербурга. Учить в ней своих детей будут считать за честь купцы, дипломаты, министры, графы, профессора.
,

Карл Май

 

«Сперва любить — потом учить», Ян Амос Коменский. Эта фраза великого педагога будет главным лозунгом Карла Ивановича Мая. В 1856 году он возглавит немецкую школу на Васильевском острове. Пройдёт несколько лет и эта школа станет школой для всех детей города. В ней будут учиться дети самых разных национальностей и сословий, а имя Карла Мая будут с уважением произносить выпускники школы даже в XX веке.

Нам обязательно нужно вспомнить про школу Карла Мая, и начать нужно именно с неё. Она — прекрасный пример того, как создаётся авторская школа. На ее примере мы посмотрим, какие главные факторы будут влиять на формирование школы как авторского проекта.

Школа открывается через год после смерти императора Николая I. Страна дышит переменами, все ждут реформ, ждут отмены крепостного права, свободы. Через пять лет Россия изменится, сейчас же в школы, гимназии пойдут первые ученики, которые будут жить уже совсем в другом государстве. Многие из них составят честь и славу страны.

Если вы придёте в Петербурге в музей школы Мая, вы увидите на стенах бесконечные ряды портретов выпускников школы. Как получилось, что в одной небольшой школе на Васильевском острове училось такое количество выдающихся людей? Школа Мая — это тот редкий случай, когда школа в своём авторском исполнении, в том виде, в каком её оставит ее основатель, просуществует десятилетия, до 1917 года, поменяв нескольких директоров и сохранив дух школы. Через 70-80 лет после основания школы и после войн педагоги начнут говорить об атмосфере, особой среде школы. 

Как же Карл Май, к тому времени имевший лишь опыт репетитора и преподавателя института, смог создать уникальную школу для России XIX века и достойный пример для подражания в XXI?

1. Демократия без демократии. Чтобы установить равные и уважительные отношения в школе, совсем не обязательно было создавать Совет школы и суд, как это сделают в XX веке коллеги Мая Януш Корчак, Александр Нилл или Антон Макаренко. Май идёт другим путём, не нарушая специфики официального правления. Он поддерживает атмосферу уважения и равенства. 

Атмосфера устанавливается небольшими шагами, примерами, прецедентами. Известен случай, когда Май выгнал из гимназии племянника министра народного просвещения. Когда ученики утром приходили на уроки, у входа на лестнице стоял Карл Иванович и каждому пожимал руку. Богатым ученикам рекомендовалось оставлять экипажи за несколько кварталов и приходить пешком. В школе не было никаких обращений, подчёркивающих титул. Уважение к ученикам без учета разницы в титулах создавало атмосферу демократии. В школе Мая учились дети и министров, и профессоров, и купцов, и даже рабочих. Да и оплата за учёбу была вполне посильная (любопытно, что она не менялась с 1856 года до начала инфляции XX века).

2. Выбор кадров. На протяжении всего существования школы Май и те, кто будет идти за ним, особенно тщательно подбирают учителей. Это всегда люди с широким кругозором, академическим образованием. Некоторые совмещали школу Мая и преподавание в высшей школе. Это люди очень, как бы мы сейчас сказали, толерантные, терпимые к национальной и социальной принадлежности учеников. Других Май увольнял, они не задерживались долго. Школа Мая была местом, где с одинаковым уважением относились и к ученикам, и к учителям. Надо сказать, что Карл Иванович Май сам предпочитал преподавать свою любимую географию. После ухода с поста директора он до конца жизни преподавал в школе. Он прожил 74 года и умер в 1895 году. 

Фото: Общества друзей школы Карла Мая

 

Результатом педагогики Мая был весьма впечатляющий список выпускников школы. Детали можно узнать в его в музее истории школы, сейчас назовём самых известных. В школе учились представители семьи Бенуа, почти всё семейство и несколько поколений. Гимназию Мая закончили три брата Рерихи, а старший из них, Николай Константинович, определил туда своих детей — Юрия и Святослава (хотя, кстати, учился Николай средне, — болел много, зато помнил, как Карл Май приходил к нему домой и справлялся о здоровье). 

У Мая учились потомки Петра Семёнова-Тяншанского, Николая Римского-Корсакова, художник Константин Сомов (вместе с ним учились ещё восень «мирискусников», Философов, например). Самый известный ученик — Дмитрий Сергеевич Лихачёв, много сделавший для основания в 1995 году музея истории школы и оставивший воспоминания об учёбе в ней.

Даже после окончания школы сообщество бывших учеников оставалось прочным. Два профессора, академика или адмирала флота могли встретиться и бесконечно обсуждать свою жизнь в гимназии Мая, называя себя «майскими жуками», — таково неформальное название учеников школы.

3. Теперь перейдём к методической литературе. Карл Май не оставил нам книг по педагогике. После ухода с поста директора он планировал написать учебник по географии, не успел. Он не занимался пиаром своей школы и своей точки зрения на образование. Его пиар — это его ученики, его «майские жуки» и их родители. То, что сейчас мы называем «сарафанное радио». 

Думаю, что отсутствие литературного наследия, столь важного для XIX-XX веков, — одна из причин, почему сейчас школа Карла Мая и ее опыт не изучается подробно. В списках великих педагогов России Карла Мая вы не увидите. Зато там есть Константин Ушинский, которой всего несколько лет возглавлял Смольный институт благородных девиц, но написал несколько вполне приличных и известных книг и некоторое время руководил «Журналом министерства народного просвещения».

4. Главное достоинство школы Карла Мая, которое позволяет считать его одним из примеров «авторской школ», — это его наследники. После смерти основателя школа продолжит очень успешно существовать до 1917 года. После Карла Мая школу возглавит учившийся в ней Василий Кракау, последний директор школы Александр Липовский (один из авторов Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона) — учитель школы Мая. 

Традиции, правила, отношения к ученикам, учителям передавались от директора к директору. Наследование принципов, наследование духа будет важным критерием для формирования и других авторских школ. Главный принцип Мая сохранится до последнего учителя и станет принципом всех авторских школ — атмосфера школы важна! — «Сначала любить, потом учить».

Мне кажется важным, что обзор авторских школ мы начинаем со школы Карла Ивановича Мая. Дальше мы увидим, как идеи Мая будут преобразованы другими Авторами своих школ. А впереди нас ждут уникальные Учителя с самыми известными именами.


Мария Монтессори и Рудольф Штейнер

 

Ставить эти два имени рядом, возможно, кажется естественным порывом. Монтессори-педагогика и вальдорфская педагогика возникают почти одновременно и до сих пор являются незыблемой частью педагогического ландшафта малоизученной планеты неформального образования. Между тем, если рассмотрим биографии этих, несомненно, великих людей, разницу мы заметим.

 

Мария Монтессори прожила очень большую жизнь, подготовила основу для создания не только детских садов по своей системе, но и школ. Монтессори — педагогика активно развивается, и перспективы ее огромны.
,

 

Мария Монтессори лично внесла большой вклад в развитие своих взглядов и в открытие монтессори-садов для детей, курсов для взрослых. Она оставила огромное наследие: письма, книги, статьи, выступления. Её имя можно увидеть написанным на каждой школе, на каждой образовательной организации, к которой её подход имеет отношение.

 

История Рудольфа Штейнера в образовании другая. Он тоже вошёл в историю педагогики, но, скорее, как духовный отец, создавший учение антропософии. Он не открывал ни одной школы, не писал ни одного учебника, не преподавал ни в одной вальдорфской школе, да и про педагогику у него в принципе немного текстов.
,

 

За него всё сделали его ученики, его последователи. Они оставили его имя в истории. Они открывали сады и школы. Они писали книги, проводили конференции и развивали взгляды Учителя. В России 90-х это Анатолий Пинский, основатель Московской вальдорфской школы.

Но есть некоторые общие черты, которые объединяют этих людей. Давайте их отметим.

1. И Мария Монтессори, и Рудольф Штейнер оставили идеи, которые стали основой для последующего развития их взглядов. Оба направления развивали индивидуальный подход к обучению, рассматривали ребёнка как источник, а не как пустую ёмкость для наполнения знаниями.

2. Они оба оставили после себя много учеников, последователей, которые продолжили их дело, справедливо восхищаясь своими учителями, давно покинувшими этот мир. Во всех организациях монтессори вы найдёте портрет основательницы. А в вальдорфских садах и школах — книги, да и портреты Рудольфа Штейнера. Иногда мне кажется, что Штейнера и его последователей упрекают в излишнем мистицизме и заставляют учителей вальдофа чуть ли не извиняться за него — это, конечно, несправедливо.

Параллельно с Рудольфом Штейнером и Марией Монтессори в двух странах с совершенно разной политической системой живут и работают два ярчайших педагога, которых можно рассмотреть как авторов своих школ. И вот здесь, как говорится, не всё так однозначно.


Януш Корчак и Антон Макаренко

 

Януш Корчак, он же Эрш Хенрик Гольдшмидт, открывает «Дом сирот» ещё до Первой мировой войны (вернее, он возглавит его после реконструкции и переделает всё на свой лад).
,

 

«Дом сирот» — это не школа, это скорее детский дом, там больше воспитывают детей. Учатся дети на соседней улице в польской школе. Это входило в планы спонсоров и самого Корчака — интеграция с польским социумом при сохранении своей национальной идентичности. «Дом сирот» просуществует до 1942 года и больше не откроется.

 

Антон Макаренко откроет свою школу-коммуну после Гражданской войны, и она проработает до 1927 года, коммуна Дзержинского под его руководством просуществует до начала 30-х годов, а закроется в год его смерти — в 1939 году.
,

 

И Макаренко, и Корчак оставили в педагогике большой след и будут помянуты добрым словом и в XXI веке. В некоторых текстах их обоих называют представителями авторских школ. Между тем, в отличии, например, от того же Карла Мая, они оба не отличались особыми способностями как учителя-предметники. В педагогике они остались, скорее, как организаторы, как носители идей.

Но были ли они создателями уникальных методик, как Монтессори или Штейнер? Или же это люди, смогшие реализовать в своих школах идеи, которые к тому времени были популярны во всём мире? Скорее всего, второе. Они соединили и повторили, но в каких условиях и для кого!

В подходах Макаренко и Корчака действительно много схожего и много того, что до них делают другие: бережное отношение к личности ребёнка, поддержка его прав, демократические ценности, демократичный подход в управлении школой. Но среда, в которой они реализуют свои идеи, делает их подход уникальным. 

Они оба работают при поддержке государства. У них обоих влиятельные покровители. Макаренко поддерживает НКВД. Спонсор и попечитель «Дома сирот» Корчака — семья польского диктатора Пилсудского. Именно поддержка Пилсудским станет причиной того, что в советской Польше Корчак не будет столь популярен, как сейчас. А вот Макаренко будет популярным и до смерти, и после. Только с той разницей, что до смерти он — великий советский писатель, а после смерти – великий советский педагог. 

В 1918 году Корчак и Макаренко могли теоретически встретиться: Корчак работал в Киеве в госпитале и ходил учиться в монтессори-сад (сейчас в Киеве на этом доме висит мемориальная доска, есть там и улица Януша Корчака), а Макаренко под Полтавой заведовал школой.

Что общего у двух этих людей:

1. И тот, и другой оставили огромное литературное наследие. Их читают, их знают до сих пор именно благодаря текстам, которые они написали. Они были мегапопулярны как писатели уже при жизни. Корчак даже на радио выступал как «Старый доктор». Поэтому ему и доверили «Дом сирот». Макаренко писал и издавал свои книги тогда, когда его коммуна уже почти закрылась, когда прежней легенды уже не было, но советскому человеку нужны были истории о переродившихся злодеях. Уже не важно, что всё было закрыто и запрещено, а книги Макаренко, вышедшие в 30-х годах, описывали относительно вегетарианские 20-е.

2. Одинаковое мессианское сознание у обоих. К моменту, когда Корчак возглавил «Дом сирот», он был уже известным в Польше писателем, рупором защиты прав бедняков, детей и всех угнетенных. Он уже ощущал себя избранным. Он — «Король Матиуш», который призван защитить своё население — детей — от всех бед и войн. Он не просто писал и говорил о правах детей, он осуществлял эти права на практике. Он — Пророк, и его судьба, как судьба многих пророков, решена. Ещё задолго до Треблинки он готов был свою жизнь отдать, защищая детей. 

Фото: исследовательский и документальный центр «Корчакианум»; Wikipedia

Макаренко стал во главе коммуны из ниоткуда, случайно. Должность сначала предложили его гражданской жене, а она рекомендовала мужа. То, что потом сделал Макаренко, который мог в любой момент уйти со своей должности, похоже на нечто невероятное. Он сам писал, что ложился спать с револьвером под подушкой. Каждый день он рисковал, подставлял себя, делал самые невероятные поступки. Зачем? Чтобы через три-четыре года создать коммуну, которая будет спасать судьбы детей, покалеченных Гражданской войной. Когда начались проблемы с государством, коммуны стали закрываться, он открыл в себе талант писателя (до Гражданской войны ничто не предвещало, что у директора небольшой украинской школы есть писательский талант). 

Корчак защищал не просто детей, он защищал еврейских детей, самых униженных и беззащитных. Макаренко защищал не просто детей, а беспризорных и бандитов. Они оба, каждый по-своему, видели в своих униженных подопечных души, которые требуют спасения. 

3. Ни Корчак, ни Макаренко не оставили нам «методик преподавания», своих «систем». Они оба мечтали однажды написать главную книгу жизни, (Корчак даже начнёт перед самой войной), но так и не написали. Обоим помешала смерть.

Антон Макаренко: как остаться актуальным через сто лет

Система Макаренко — результат поздней работы его последователей. А вот они появились! Про Макаренко не забыли: его будут повторять в 50-е и 60-е годы коммунары, его будут читать, у него останутся ученики. В советское время из него создадут миф, в 90-х миф развеют, но от этого наследие Макаренко только выиграет.

Корчак не оставил ни методик, ни учеников. Как любой Пророк, он оставил много мифов. В историю вошли его смерть, права ребёнка, которые он отстаивал, его книги о воспитании детей. Но он не остался в памяти как автор школы. Он мог быть любым — любить детей, много курить, а в гетто начать много пить (понятно, почему), но в памяти он остался как защитник, как жертва во имя спасения будущих детей. Наверное, это главнее, чем стать основателем «авторской школы».

Тогда же в 20-х, 30-х годах создал свою школу ещё один удивительный человек, которого, впрочем, тогда никто не заметил. Жил он в Англии, там же до сих пор находится его школа. Вплоть до 60-х годов XX века его не знали в мире, зато сейчас мало кто сомневается в том, что он один из самых ярких учителей, создавших свою «авторскую школу». У него точно можно поучиться, как создать известную школу и как стать всемирно известным педагогом на старости лет.


Александр Сазерленд Нилл

 

Александр Нилл начал работу учителем ещё до Первой мировой войны и даже издал первые книги, которые имели некоторую известность в Англии. После войны он уехал в Германию, где работал в школе, близкой к теософскому обществу, к вальдорфской педагогике, но в итоге основал свою собственную школу, очень далёкую от любых религиозных взглядов.
,

В конце 20х, параллельно с Макаренко и Корчаком, Александр Нилл открыл свою школу в Англии. Она совсем маленькая, знали тогда ее немногие. Это даже и не школа, а, скорее, психотерапевтическое сообщество. Нилл был увлечен психоанализом, психотерапией, у него было много идей, и он пытался реализовать их в педагогике. После войны он изменил свое представление о мистике и психологии. Свобода — лучший целитель. Детище Нилла — школа Саммерхилл на равнинах Суффолка. Образец демократической школы, культовое место, источник энергии по сей день.

Нилл не открыл ничего нового, он просто не стал прибавлять к свободе ничего, что могло бы ей помешать. Возможно, такая школа могла возникнуть и выжить только в Англии, стране демократии и свобод. Хотя и в этой стране школа Нилла много раз подвергалась проверкам государства и готовилась к закрытию. Но выжила и живёт и по-прежнему остаётся частной.

Школа Саммерхилл, фото: Karl Riley

Удивительно, но этот образец авторской школы был практически неизвестен до конца 50-х. После выхода книг Нилла в США интерес к его школе вырос невероятно. Нилл выступает по телевизору, издавает книги. Его внесят в список самых выдающихся педагогов Англии.

Что же такого в его школе? Абсолютная свобода, сдерживаемая только законами самой же школы. Нет уроков, нет классов, нет оценок. Есть свобода делать то, что хочет сам ребёнок. По сути, Нилл продолжает эксперименты Макаренко и Корчака (и многих менее известных педагогов) по созданию в школе особой атмосферы, которая сама по себе позволяет раскрывать таланты. Раскрытие потенциала каждого ребёнка через личную свободу — вот цель педагогики Нилла. Сначала свобода — потом учёба.

О свободе и школе: был ли прав Александр Нилл, основатель Саммерхилл?

Александр Нилл и его школа получили известность, когда самому Ниллу было больше 70 лет. Он умер в 1973 году и передал управление своей жене. Следующий директор школы — его дочь, которая руководит школой и по сей день.

 

Что же делает школу Нилла авторской?

1.Нилл не просто создал успешный образец демократической школы, он активно проповедовал свои идеи, рассказывал о них. Нил буквально писал свою школу своими руками — в реальной жизни и в книгах. Он стал медийной личностью, был популярен, о его школе написано немало книг, сняты фильмы (самый известный — сериал «Саммерхилл» вышел в 2008 году).

2. Нилл много говорил о важности свободной атмосферы в школе, о созидающей роли свободы в образовании. Его главная идея — идея свободы. 

3. У него осталось много учеников. Его потомки продолжаю его школу и сохраняют его главные традиции. В мире проходят конференции демократических школ. Движение ширится, и имя Нилла и созданные по подобию Саммерхилла школы по-прежнему живут и развиваются. Движение за демократическое образование, за свободные школы во всём мире прочно связано с именем Александра Нилла.

А вот в России со свободой в образовании связано имя другого человека, создавшего свою авторскую школу. Судьба его школы была совсем непростой.


Александр Тубельский

 

Жизнь Александра Наумовича Тубельского достойна отдельной биографии, которую обязательно напишут. Это будет биография удивительного человека, который принёс в российскую педагогику представления о демократии и свободе. Можно сказать, Тубельский — это российский Александр Нилл.
,

 

В 1985 году Александр Тубельский стал директором московской средней школы 734. Опираясь на базу школы, он создал педагогику самоопределения, главной целью которой становится реализация потенциала ребёнка через его интересы, через демократическое самоуправление, через свободный выбор. В 1992 году школа стала «Школой самоопределения» Александра Тубельского. Сейчас ее так и называют. 

В 2000 году Тубельский возглавил Ассоциацию демократических школ России (была у нас и такая). Параллельно со школой Тубельский готовил новых учителей, работая в Московском государственном педагогическом университете.

В 2007 году Тубельский умер в возрасте 66 лет.

После его смерти начались споры вокруг места директора в школе. Несмотря на то, что Тубельский оставил много учеников среди учителей, Министерство образования стало сажать директорами своих представителей. Вокруг московской школы №734 споры продолжаются до сих пор. 

Наследие Александра Тубельского, однако, вовсе не исчезло, как можно было бы предположить. А совсем наоборот. 

1. Тубельский оставил нам книгу сборник статей. Её называют «жёлтая книга». Она действительно жёлтая, а официальное называние — «Школа будущего, построенная вместе с детьми». Её можно легко найти в интернете. А некоторое время издатели бесплатно отправляли ее в школы. Это не всё наследие Тубельского. Думаю, что мы ещё почитаем более подробную историю его жизни. Книги нам оставляют и учителя его школы! В них отражён опыт преподавания в школе.

2. Учителя школы Тубельского и те, кто учился быть учителем у самого Тубельского, сейчас занимают места директоров и педагогов в других школах. Важно, что Тубельский не ушел в неизвестность. Он продолжил свою жизнь в учениках.

3. В своей книге и статьях Тубельский часто возвращался к мысли, которую мы уже читали у Александра Нилла. Атмосфера школы важна не меньше, а может даже больше, чем программа школы. Давайте это запомним. По сути, эта идея будет фундаментальной для всех основателей авторских школ. Важна атмосфера, важна среда, важен дух школы. Именно он определяет качество учёбы, а не только схематизированная загрузка и контроль знаний учеников. 

Атмосфера школы, о которой говорит Тубельский, — это атмосфера свободы, атмосфера заботы о ребёнке и его интересах. У Макаренко, Корчака и Нилла — через механизмы демократии. У Карла Мая — через главные принципы и традиции школы, у Марии Монтессори и Рудольфа Штейнера — через воспитание с уважением к ученикам, к их внутреннему миру. Словом, кроме ФГОСов, должна быть ещё и совесть. 

 


Авторская школа школа автора для авторов

 

Будет ли в XXI век временем авторских школ? 

Безусловно, авторские школы — это не прошлое, это начало интересного и очень необычного направления в педагогике. Рискованно называть имена тех, кто сейчас делает авторскую школу. Они не прошли все этапы становления и развития. Попросту — прошло очень мало времени. Ситуация в стране также не особо располагает к развитию авторских проектов. 

Однако это не значит, что авторских школ нет и не будет. Если государство поставит перед собой задачу развития образования, конкурирующего с мировым, авторские школы будут востребованы. Интерес к уникальным учителям и образовательным проектам проявляют и инвесторы. Главным принципом таких школ должно быть уважение к ученику, развитие его способностей. 

Эпоха модерна и постмодерна — эпоха личностей. Эпоха выдающихся личностей. Может показаться, что в XXI веке эта тенденция сходит на нет, но это не так. 

Сейчас личности делают историю, союз личностей меняет мир. Умение развить свой проект, выйти за привычные границы, найти союзников и друзей — люди с этими способностями будут создавать новые школы и новые тенденции в образовании. Расширение границ мира, изменение их, новые союзы — это тенденции метамодерна.

Как же будет меняться авторская школа? Мы можем только предполагать. Ещё плохо видно, куда повернёт история. Очевидно, что современный образовательный проект — это союз Авторов, союз Мастеров. Это Директор-Автор, вдохновлённые учителя, расчётливые инвесторы и, конечно, родители, которым важно учить детей и не бояться нового.

 

В конце я дам несколько рекомендаций, как сделать авторскую школу, если вы захотите. Можете следовать этим пунктам — они проверены временем.

 

1. Вам необходимо дожить до реформ. Важно не просто дожить, но и пережить их. На волне преобразований всегда нужны уникальные личности, готовы создать нечто новое. Авторские школы возникают в период, когда власть пробует что-то новое. Но если вы хотите выжить и сохранить школу как можно дольше и вам это разрешает государственный строй, сделайте лучше частную школу, как Александр Нилл или Мария Монтессори. Шансов будет больше.

2. Главная программа вашей школы — развитие личных способностей ученика. Похоже, это тенденция XXI века. Исходим из того, что школа для ученика, а не ученик для школы. Атмосфера в школе, дух школы, отношение в школе могут быть важнее программы. Программа тоже важна, но и она строится вокруг интересов детей, а не вокруг руководящей роли министерства образования.

Как только в стране проблемы, государство вспоминает про личную инициативу и ее развитие. Это отлично. Когда кризис заканчивается, государство больше не нуждается в ваших экспериментах. Это уже опасно. Вспомним Антона Макаренко (или Сороку-Росинского, про которого, к сожалению, я не рассказал в этой короткой статье). Поэтому важно несколько следующих пунктов. Обезопасим своё наследие.

3. Обязательно напишите книгу. Обязательно присутствуйте в медийном поле. Это важный фактор для вашей известности. Да, есть школы, которые этого не делают или делают мало. Похоже, что это не самая лучшая политика в перспективе.

4. Обязательно оставьте после себя учеников. Этому правилу уже больше 2000 лет. Оно универсально. Хотите, чтобы про вас помнили? Оставьте учеников. Желательно не меньше двенадцати, чтоб уж наверняка. Многие, если не все, авторы школ имели супругов, которые после их смерти сделали много полезного для развития идей своих мужей. Исключение — Мария Монтессори, женщина со сложной личной жизнью, но у неё был замечательный сын. Близкие люди ушедших основателей могут поддержать учеников и дать им архив для публикации посмертного многотомного сочинения.

5. Важный совет: все основатели авторских школ были абсолютно преданы своей профессии, верили, что воспитать свободного и честного человека можно, что школе это под силу. У них была Идея. Они не боялись ничего, вера в свою Идею вела их. Эту веру они сохраняли до самой смерти и становились примерами для других.

 

Надеюсь, вам всё же, не смотря ни на что, захотелось открыть авторскую школу. Авторские школы нужны для воспитания новых авторов. А воспитать Автора может только Автор. Будьте Авторами.

 

Фото на главной: Karl Riley, школа Саммерхилл, 1964 год.

 

Март 2024

 

 

Читайте далее:

Планерка ED Architecture. Дизайн для небольшой семейной школы: как все сделать правильно?
Путеводитель по альтернативному образованию

Eddesign
Ещё больше полезных материалов!
Кратко о самом важном:
аналитика, кейсы, исследования.
Для улучшения работы сайта и его взаимодействия с пользователями мы используем файлы cookie To improve the operation of the site and its interaction with users, we use cookies
Понятно Ok